Иммигранты разочарованы процедурой получении гражданства ФРГ
11 сентября 2024 г.Мария Заднепрянец полюбила Германию сразу как только прибыла сюда. Российский разработчик программного обеспечения приехала на учебу в федеральную землю Северный Рейн - Вестфалию десять лет назад и была поражена тем, что увидела, - свободой, уровнем госуслуг, возможностями для получения образования. Теперь, после четырехлетней борьбы с берлинской бюрократией, девушка чувствует себя "гражданином второго сорта".
"Я приехала в Германию с очень наивным представлением о том, каково это - жить здесь, - поделилась Заднепрянец в интервью с DW. - Я думала, что здесь все по справедливости. Я ожидала, что государство будет относиться к людям одинаково, но пережитый опыт дал мне другое понимание".
В первые годы пребывания в ФРГ россиянка прилагала все усилия для интеграции: быстро выучила немецкий язык, нашла хорошо оплачиваемую работу в технически передовой сфере, где Германии нужны работники, и поселилась в столице. А в 2020 году подала все документы на натурализацию в берлинском районе Панков - и несколько месяцев, а затем и лет, не получала никакого ответа.
После того как и электронные письма Заднепрянец были проигнорированы, она обратилась к адвокату, который предложил подать в суд на администрацию Панкова. Но девушка отказалась от этой идеи и осенью 2022 года отправила факсы на все найденные ею официальные номера - чтобы, как она выразилась, "обострить ситуацию с моим делом". После этого чиновники запросили дополнительные документы, которые были отправлены - и снова никакого ответа.
"Я понимала всю эту историю с гражданством так: я делаю свою часть работы, тружусь, вношу свой вклад, учу язык, интегрируюсь (в немецкое общество. - Ред.), и затем через определенный период времени мне дадут гражданство, - поясняет собеседница. - Казалось, я сделала все, что могла, но часть сделки просто не состоялась".
"Немецкая бюрократия - это совсем не по-немецки"
Заднепрянец не единственная - многие квалифицированные работники, живущие в Германии, создали группы в соцсетях, где выражают свой гнев по поводу общения с немецкой бюрократией. В конце июня некоторые из них устроили акцию протеста у офиса берлинского земельного Ведомства по делам иммиграции и гражданства (Landesamt für Einwanderung, LEA), требуя "справедливого и прозрачного рассмотрения заявлений на получение гражданства".
Многие недовольные считают, что только юридические действия - подача против иммиграционных властей так называемого Untätigkeitsklage, или иска о бездействии, - помогут им сдвинуть дело с мертвой точки. Такой иск может быть подан в Германии, если орган власти не отвечает на заявление в течение шести месяцев со дня получения им всех необходимых документов.
Один из тех, кто прибегнул к такому средству, - пакистанец Имран Ахмед (имя изменено из-за опасений, что разговор с журналистом повредит рассмотрению его дела в LEA). "К тому времени я потерял веру в справедливость действий властей и беспокоюсь, что меня накажут за то, что я рассказал свою историю", - признался он в беседе с DW.
Инженер-программист Ахмед, у которого есть жена и маленький сын, подал документы на получение гражданства три года назад, перед этим прожив уже восемь лет в Германии, получив степень магистра в Дармштадте и найдя хорошую работу. В течение 18 месяцев Ахмед не получал от властей никакого ответа, потом его попросили предоставить новые копии тех же документов. "С тех пор - опять полная тишина", - сетует пакистанец.
"Я всегда хотел приехать в Германию - привычки немцев всегда были мне близки: приходить на встречу вовремя, говорить откровенно, действовать организованно, - продолжает инженер-программист. - Но немецкая бюрократия - это совсем не по-немецки. На моей работе и везде, где я трудился, мне довелось быть свидетелем пунктуальности и организованности немцев, но когда имеешь дело с местной бюрократией, кажется, что она из страны третьего мира".
Разочарованный долгим ожиданием, которое, по его словам, привело к проблемам со здоровьем, Ахмед в январе этого года направил письмо нескольким депутатам Палаты депутатов Берлина, чтобы узнать, как именно рассматриваются подобные прошения.
В этом году столичные власти перешли на новую систему в попытке упростить процесс натурализации: вместо 12 муниципальных органов этим вопросом теперь занимается LEA - единое ведомство, отвечающее за вопросы иммиграции и гражданства. LEA заменило ранее обязательное личное собеседование на "быструю проверку" онлайн, чтобы установить, соответствует ли претендент на немецкое гражданство соответствующим требованиям с точки зрения дохода, продолжительности проживания в ФРГ и знания немецкого языка.
Лаура Нойгебауэр (Laura Neugebauer) из Партии "зеленых" оказалась единственным парламентарием, ответившим на письмо Ахмеда. Эта партия, ныне находящаяся в оппозиции в Берлине, подала официальный запрос, из которого выяснилось, что LEA "практически невозможно" обрабатывать в первую очередь самые старые заявки, поскольку ведомство получает заявки от муниципалитетов партиями, в которых не отмечена дата их подачи. "Для меня это было просто умопомрачительно", - вспоминает Ахмед.
Гора старых заявлений
Пресс-секретарь LEA говорит, что сочувствует разочарованию людей, отмечая, что "многие клиенты не понимают", что после январской реформы LEA досталось гора из 40 000 старых заявлений, с которыми нужно разобраться. Первые поданные из них, по словам пресс-секретаря, датируются 2005 годом.
"По понятным причинам они видят только свое время ожидания и желание натурализоваться и совершенно справедливо ставят это на первый план", - добавил представитель LEA. По его словам, на самом деле было бы менее эффективным рассматривать сначала самые старые заявления, поскольку многие из них могут быть неполными. "Мы проделываем громадную работы с нескольких сторон, чтобы натурализовать как можно больше людей как можно быстрее", - заверил собеседник.
Египтянин Адам (имя изменено) считает, что те, кто подал заявление на получение гражданства до введения в этом году новой цифровой системы, оказались в невыгодном положении. Адам тоже заполнил все необходимые графы: стабильный доход (работает инженером в крупной немецкой телекоммуникационной компании), хорошее знание немецкого языка и достаточно длительный срок проживания в ФРГ. Прождав более двух лет, он получил немецкое гражданство в начале 2024 года только после подачи в отношении властей иска об их бездействии.
Однако заявления на получение гражданства жены египтянина и его троих детей, двое из которых родились в Германии, сейчас застряли где-то в архивах LEA. По словам Адама, он подал в суд несколько исков от их имени, что обошлось более чем в 3000 евро. "Есть люди, которые заполнили заявление онлайн, и они получают гражданство через два-три месяца, а те, кто подал заявление оффлайн, игнорируются", - возмущается Адам.
Берлинские власти намерены удвоить темпы натурализации
Сенатор Берлина по внутренним делам Берлина Ирис Шпрангер (Iris Spranger) заявила, что власти намерены удвоить число натурализаций, доведя его до 20 000 в год. В LEA полагают, эта цель будет достигнута в 2024 году, но еще предстоит поработать с 40 000 старых заявлений. "Это огромная проблема, не в последнюю очередь потому, что количество заявлений значительно возросло после вступления в силу нового закона о гражданстве", - сообщил DW пресс-секретарь LEA в электронном письме.
Между тем Мария Заднепрянец не впечатлена обещаниями ведомства. "Эти заявки не взялись из воздуха, - указала она. - Почему скопилось 40 000 заявлений? Кто за это ответственен?". И, скорее всего, их рассмотрение замедлится, а не ускорится, не в последнюю очередь потому, что в июне вступил в силу новый закон о гражданстве, вызвавший волну новых заявлений о натурализации. По данным LEA, сейчас Берлин ежедневно получает в среднем 133 новых заявления на получение гражданства ФРГ, всего же их в нынешнем году уже поступило более 25 000. Если такие темпы сохранятся, то в 2024 году власти могут рассчитывать на получение более 48 000 новых заявлений.
Несмотря на это, сотрудница LEA Вибке Грамм (Wiebke Gramm) в январе сообщила газете Berliner Morgenpost, что теперь время рассмотрения таких заявлений составляет шесть месяцев. Это срок кажется Заднепрянец безнадежно амбициозным, она не может понять, почему люди не задаются вопросом о прозрачности и эффективности бюрократичесвой системы. "Я просто боюсь прождать еще пять лет, пока кто-нибудь прикоснется к моему делу", - говорит девушка. В конце концов, она тоже намерена обратиться в суд с Untätigkeitsklage.